Исследовательский центр
Наркомпрос РСФСР создает Экспериментальный дефектологический институт на базе существовавших служб изучения ребенка.
Инклюзивное образование в России: замысел и реальность
Что происходит после того, как ребенок с особыми образовательными потребностями входит в обычную школу.
Моя личная история
Мой первый опыт работы с инклюзией был в детском лагере для детей «с особенностями». Мне было семнадцать, и сначала я смотрела на это как на подработку и развлечение.
Там были дети с СДВГ, синдромом Дауна и разными вариантами расстройств аутистического спектра — от пяти до двадцати пяти лет. Я училась разговаривать о сладостях, подмывать детей и понимать тех, у кого в лексиконе было всего две фразы: «грррр» и «что это такое?».
Через три года я устроилась на первую официальную работу в школу. Просторный класс, пятнадцать человек, информатика. На первой неделе за школьной партой сидел восьмиклассник: одна рука в носу, другая — в штанах.
Моя первая мысль была простой: я же работала с детьми с ОВЗ. Это точно то, что я знаю и знаю, что с этим делать.
Через сорок минут я не успела дать весь материал. С этим ребенком никто не делал групповую работу. Я пыталась вести урок и одновременно понять, что делать в этой ситуации. А в коридоре после урока уже был буллинг.
На следующий день мне сказали: «Составьте два плана программы для детей “с особенностями”». Я не знала, какие именно программы и что от меня требуется. В моем чемодане суперсил были только ЭВМ и шесть учебников.
В одном классе — два ребенка с ЗПР. В другом — ребенок с РАС. Тьютора нет, дефектолога нет. Есть только ребенок, я, урок на сорок минут и программа, которую тоже нужно успеть пройти.
И самое странное, что внешне все выглядит нормально. Ребенок сидит в обычном классе. У него есть учебник, учитель, расписание и школа.
Инклюзия как будто уже произошла.
Никто сознательно не пытался исключить этих детей из школьной жизни. Именно поэтому возникает более сложный вопрос:
российских школьников с ОВЗ и инвалидностью получают образование инклюзивно — совместно с другими детьми.
Минпросвещения РФ · 2025/26 учебный год
На первый взгляд, эта статистика описывает очевидный исторический успех. Еще несколько десятилетий назад сама идея, что ребенок с выраженными особенностями развития будет постоянно учиться в обычном классе районной школы, далеко не везде воспринималась как норма.
Но цифра хорошо отвечает на вопрос «где находится ребенок» и значительно хуже — на вопрос «что происходит с ним после того, как он оказывается за общей партой».
Интеграция и инклюзия
У Наташи ученик присутствовал на уроке, но одноклассники не брали его в групповую работу. По списку он был частью класса; в задании для группы ему не нашлось роли.
Интеграция описывает включение ребенка в обычную школу. Инклюзия требует выяснить, что мешает ему участвовать в уроке, и изменить условия. Разницу проще увидеть на одном задании.
Представим задание: четверым ученикам нужно сделать три слайда. Роли дети распределяют сами, инструкция звучит устно один раз, оценка общая. Ученик, которому трудно быстро включиться в разговор, может остаться без задания.
Ребенок сидит с остальными и получает то же задание. Учитель повторяет: «Работайте вместе». Но это не объясняет, какой вклад ученик может внести и как ему договориться с группой.
Записать шаги на доске, предложить понятные роли и вместе с учеником выбрать посильную: например, подобрать иллюстрацию и объяснить выбор. Проверить понимание первого шага до начала самостоятельной работы.
Критерий результата — сделал ли ученик свою часть и смог ли обсудить ее с другими. Конкретный способ поддержки подбирают по потребностям ученика.
I / Советская система
В СССР специальные школы опирались на отдельную исследовательскую инфраструктуру: психологов, логопедов, педагогов по работе с нарушениями слуха и зрения, врачей и инженеров. История нынешнего Института коррекционной педагогики показывает, как складывалась эта система.
Наркомпрос РСФСР создает Экспериментальный дефектологический институт на базе существовавших служб изучения ребенка.
В институте открывается первый в стране диссертационный совет по дефектологии.
Они изучают нарушения слуха, зрения, речи, интеллекта, движения и сочетанные нарушения. Это число подразделений института, не школ в СССР.
При этом сам ИКП в историческом обзоре оценивает охват сложившейся системы как не более трети нуждавшихся. Это ретроспективная оценка, а не статистика за конкретный учебный год. Институт также отмечает ограниченные контакты с учениками обычных школ, исключение родителей из процесса обучения и признание части детей «необучаемыми».
История человека / Загорск — Москва
Александр Суворов потерял зрение в раннем детстве, затем слух. В 1964 году он оказался в Загорском детском доме. Через тринадцать лет окончил факультет психологии МГУ.
В автобиографии Суворов называет точную дату следующего поворота: 9 февраля 1971 года его и еще троих воспитанников — Наталью Корнееву, Юрия Лернера и Сергея Сироткина — перевели в Москву, в экспериментальную группу НИИ дефектологии, для подготовки к университету.
По воспоминаниям Суворова, у четверых не было аттестатов о среднем образовании. Они сдавали вступительные экзамены, но прием вне конкурса потребовал особого разрешения Министерства высшего образования СССР. В 1977 году все четверо окончили факультет и стали младшими научными сотрудниками.
Это не обычная практика советской школы: сам участник подчеркивает экспериментальный характер обучения и роль Мещерякова, Ильенкова и Леонтьева. История показывает конкретный путь, потребовавший подготовки и специальной организации, а не просто зачисления в университет.
История решений
Откройте дату, чтобы увидеть, что закрепил документ, и прочитать его текст.
Декларация связывает совместное обучение с готовностью обычной школы отвечать на разные образовательные потребности. Это международный ориентир для изменения школы.
Статья 24 закрепляет право на образование без дискриминации, разумное приспособление и необходимую поддержку внутри общей системы образования.
В законе № 273-ФЗ закреплены понятие инклюзивного образования и специальные условия обучения. В актуальной редакции состав условий раскрывается в статье 79.
Новый порядок связан с приказом Минпросвещения № 763 от 1 ноября 2024 года. Положение регулирует работу комиссии и подготовку рекомендаций по обучению.
От рекомендации к уроку
Ниже — примеры решений. Нажмите на название, чтобы увидеть, какую трудность оно помогает разобрать. Нужный набор условий определяют для конкретного ученика.
Согласовать цели, последовательность освоения материала и способы оценки. Учителю важно понимать, какой результат ожидается от ученика в этой теме: механически уменьшить число заданий недостаточно.
Например, вместо трех действий в одной устной фразе выдать короткую письменную последовательность. После первого шага проверить понимание. Это помогает отличить затруднение с инструкцией от незнания темы.
Тьютор помогает выстраивать индивидуальный образовательный маршрут; ассистент оказывает техническую помощь. Эти функции различаются. Наличие взрослого в кабинете само по себе не объясняет, какую задачу он решает.
Предусмотреть занятия специалиста и согласовать их с работой предметников: над каким навыком работает ребенок и как поддерживать его на уроке. Занятие должно иметь место в расписании, а не только в перечне возможных услуг.
Если шум мешает работать, команда может согласовать возможность короткой паузы и понятный способ возвращения к заданию. Это пример организации среды; такая мера не требуется каждому ребенку.
Разобраться в документах
Выберите статью: здесь собраны определение инклюзии, условия обучения и роль ПМПК.
Равный доступ к образованию с учетом разнообразия особых образовательных потребностей и индивидуальных возможностей.
Адаптированные программы, специальные методы и средства обучения, коррекционные занятия, специальные материалы и помощь специалистов — если это необходимо и указано в рекомендациях ПМПК.
Комиссия обследует ребенка и готовит рекомендации по организации обучения. Диагноз сам по себе не объясняет учителю, как провести конкретный урок.
Маршрут помощи
Полезно описать наблюдение: ребенок понимает устное объяснение, но не успевает прочитать задание; или выполняет работу один, но теряется в группе. Наблюдение помогает сформулировать вопрос специалистам, но не заменяет обследование.
Комиссия проводит обследование и готовит рекомендации по обучению. Семья участвует в обсуждении результатов. Важно понять, какую поддержку рекомендуют и для чего.
Права семьи и ребенка ↓Рекомендации должны получить конкретное воплощение: программа, специалисты, материалы, расписание. По названию документа нельзя узнать, получает ли ученик эту помощь.
Случай, в котором проверяли планы и журналы ↓Ученик смог начать задание? Понял инструкцию? Участвовал в общей работе? Если трудность сохраняется, учитель передает наблюдения команде сопровождения, чтобы уточнить организацию помощи.
IV / Первый урок Наташи
2 сентября Наташа рассчитывала провести обычный урок информатики. В ее рассказе этот день заканчивается двумя разными проблемами: материал не пройден, а один ученик остался вне групповой работы.
Одноклассники не работают с восьмиклассником. Учителю нужно не только объяснить тему, но и решить, как включить его в общее задание.
Наташа ведет урок и одновременно пытается понять, какая помощь нужна ученику. Пройти все запланированное она не успевает.
По словам Наташи, после урока в коридоре начинается буллинг. Присутствие в одном кабинете не обеспечило участия в группе и безопасности вне урока.
Исследование · Федосеева и Бабкина · 2023
В исследованной выборке педагоги инклюзивных классов испытывали больше личного дистресса, чем две другие группы.
Личный дистресс — собственное напряжение и дискомфорт в ответ на переживания другого человека. Его измеряли опросником, а не по числу трудных учеников.
| Группа | Участники | Балл |
|---|---|---|
| Инклюзивное обучение | 103 | 22,2 |
| Специальные школы | 79 | 19,1 |
| Без опыта работы с учениками с ЗПР | 111 | 20,8 |
Различия по личному дистрессу статистически значимы. Эмоциональное истощение выше в инклюзивной группе по сравнению со специальными школами. Различия по общему выгоранию не достигли значимости (p = 0,064). Это не доказательство того, что инклюзия неизбежно вызывает выгорание.
Онлайн-опрос в марте–мае 2022 года, 15 регионов. В аннотации и сумме групп — 293 педагога; в одном абзаце методов указано 294. Таблица выше следует составу групп. Публикация вышла в 2023 году.
Это наблюдательное исследование добровольной выборки. Оно выявляет связи, но не доказывает, что причиной напряжения было отсутствие тьютора. Из этих данных нельзя получить долю выгоревших учителей во всей России.
V / Продолжение личной истории
После уроков Наташа идет к завучу. В своем рассказе она описывает, как у нее дрожат колени, словно она сама ученица. В ответ на просьбу о помощи слышит: «Создать специальные условия».
Но эта формулировка не отвечает на ее вопросы: как изменить объяснение, сколько ждать ответа, нужно ли сокращать объем задания и где начинается работа других специалистов.
На занятии с девятиклассниками Наташа замечает, что один ученик долго думает над заданиями и медленно пишет. Она объясняет, ждет и возвращается к нему снова. По ее словам, понять, что именно затрудняет работу, ей не удалось.
Наташа начинает читать материалы об обучении детей с ОВЗ. Один из первых заголовков — «Как педагогу учить всех и не сойти с ума?». Изучение специальных условий становится ее собственным домашним заданием.
В этой истории дополнительная работа — не абстрактная «нагрузка»: учителю нужно подготовить программы и разобраться, как провести следующий урок, пока специалиста рядом нет.
Семья и школа
Родители участвуют в выборе образовательного маршрута. Школа отвечает за организацию обучения. Эти права и обязанности нельзя свести к одному согласию «на инклюзию».
Откройте каждый пункт: внутри — конкретное право, его пределы и ссылка на статью закона.
Например, семья может спросить школу: какие занятия рекомендованы, кто их ведет и где они стоят в расписании? Это позволяет обсуждать конкретную помощь, а не спорить о ярлыке.
Документированный случай · Орловская область · 2025
В Судбищенской школе проверка сопоставила рекомендации ПМПК, учебные планы и классные журналы. Документы описывали разный объем помощи одним и тем же ученикам.
Для одного четвероклассника план предусматривал семь часов коррекционных занятий в неделю. При проверке журнала выявили несоответствие состава занятий плану и рекомендациям, в том числе отсутствие обязательного коррекционного курса.
Для двух учеников основной школы в планы включили три часа занятий с психологом и логопедом вместо требуемых в этом деле пяти.
В постановлении по делу № 5-82/2025 директора признали виновной по части 2 статьи 19.20 КоАП РФ — нарушение лицензионных требований. Назначено предупреждение.
Суд оценивал несколько нарушений. По этому постановлению нельзя заключить, что после него все занятия действительно начали проводить.
Проверить по существу
Каждая формулировка должна превращаться в действие. Откройте строку, чтобы увидеть пример и материал к нему.
Нужны конкретные занятия, ответственные специалисты и расписание. В орловском деле расхождения обнаружились при сравнении плана и журнала.
Разобрать судебный случай ↗Вместо общей просьбы «объяснить еще раз» можно уточнить, на каком шаге ученик остановился, и изменить инструкцию. Это учебный пример, а не универсальный рецепт для всех детей с ОВЗ.
Когда один взрослый одновременно ведет урок и помогает нескольким ученикам, возникает задача распределения внимания. Исследование педагогов показывает различия в личном дистрессе, но не устанавливает, что их причина — нехватка специалистов.
Результаты исследования ↗VIII / На практике
Это не абстрактная «проблема среды». Барьер появляется в конкретной точке урока: инструкция слишком длинная, темп слишком быстрый, в кабинете шумно, а единственный способ показать знания — написать ответ за ограниченное время.
Поэтому доступная инфраструктура сама по себе не делает обучение инклюзивным. Важно, может ли ребенок понять задание, выполнить его и получить обратную связь.
IX / Цена разрыва
Если специальные условия существуют только в документах, их стоимость не исчезает. Она распределяется между теми, кто каждый день сталкивается с последствиями.
Теряет время на постоянное догоняющее обучение и может оставаться формально включенным, но фактически — вне общего темпа.
Одновременно объясняет материал классу, перестраивает задание для одного ученика и пытается понять, что именно не работает.
Сам ищет специалистов, читает документы и контролирует, реализует ли школа рекомендации ПМПК.
Несет ответственность за условия, но может не иметь нужного специалиста, времени или устойчивой команды сопровождения.
Оценивание
Если цель задания — проверить, умеет ли ученик составить алгоритм, медленное чтение инструкции может скрыть то, что он уже знает.
В учебном примере можно разбить инструкцию на шаги и попросить объяснить решение устно. Если же проверяется именно письменный навык, замена письменного ответа устным меняет цель проверки. Адаптация требует сначала определить, какое умение оценивают.
Что должен показать ученик? Мешает ли формат увидеть это умение? Какие условия предусмотрены его программой? Как сохранить критерий результата при изменении способа ответа?
Это вопросы для подготовки школьного задания; специальные условия экзаменов устанавливаются отдельно.
Такова доля обучающихся с ОВЗ и инвалидностью, которые учатся совместно с другими детьми, по данным Минпросвещения за 2025/26 учебный год. Но из этой доли нельзя узнать, проводятся ли рекомендованные занятия и участвует ли ребенок в работе класса.
Эпилог
Школа уже значительно продвинулась в том, чтобы открыть ребенку доступ в обычный класс. Но сам факт присутствия еще не говорит, понимает ли он материал, может ли участвовать в работе и получает ли необходимую поддержку.
Инклюзию стоит измерять не только тем, куда ребенка приняли, но и тем, что образовательная система смогла для него сделать.
Источники и документы ↓Источники
Сюжет ДОН 24